Я закрываю глаза, чтобы лучше видеть

Творческий процесс – штука исключительная. Здесь нет универсального решения, как писать, когда и в каких количествах. Стивен Кинг признавался, что работать может только под вдохновением. Помню, когда я узнала об этом, то полностью с ним согласилась. Йон Колфер же утверждает обратное – писать надо каждый день, хоть по строчке, приучая себя к дисциплине. Честно, я испробовала оба метода. И первый мне приглянулся больше.
Как писать? Когда ты пытаешься писать просто потому, что давно уже не брался за это – не выходит ничего. Будто выжимаешь сухую тряпку, из которой не выдавить ни капли. Так и здесь. Но стоит только прийти вдохновению – как все. Пальцы летают по клавиатуре, как бешеные, ты даже не сознаешь, каким будет следующее предложение, будто смотришь фильм, события которого от тебя не зависят. Кажется, что текст, который ты набираешь, существовал всегда, ты просто смахиваешь с него пыль тонкой кисточкой, подобно археологу, чтобы все могли его увидеть.
Когда писать? Ну, с вдохновением мы уже разобрались, а что со временем суток? Приливы, отливы, фазы луны? Мне лучше всего пишется ночью, когда ничто не отвлекает, когда вокруг тишина, и клавиши ноутбука слабо подсвечиваются светом экрана. Не раз мне приходилось сидеть до четырех утра. Да, четыре – это мой порог. Насильно укладывая себя спать, я никогда не могу вспомнить на утро, что же я хотела написать дальше, и почему ночью получалось так складно, а на утро герой даже кружку в руки не может взять по нормальному?
Сколько писать? Опять же, у всех по-разному. Когда муза где-то там фестивалит, не могу выдавить ни строчки, лишь молюсь на нее, чтоб она вернулась и обратила на меня свой взор.
Слушайте свое сердце. Вдохновляйтесь всем, что вас вдохновляет. Никогда не надейтесь на память, все записывайте. Каждое предложение или сравнение рождается в определенный момент. Так не дайте в этот же момент ему умереть.
Я никогда не понимала людей, которые не могли что-то придумать – концовку, поворот событий, персонажа. Как же так? «Кто мешает тебя выдумать порох непромокаемый?», как сказал небезызвестный Козьма Прутков. Мы авторы, мы творцы, мы почти что Боги в выдуманных собою мирах. Ограничения есть только в нашей голове, и их надо ломать!
Нет предела совершенству, и, оглядываясь назад, на пройденный мною путь, я это ясно вижу. Я вижу всех моих персонажей. Они всегда со мной, они живут во мне и вместе со мной, я вижу их так ясно, что это порой пугает. И я снова сажусь творить. Руки замирают над клавишами, в голове возникают ослепительные картины. Как там сказал Гоген?
И чтобы лучше видеть, я закрываю глаза…

Сальваторе Лия